Содержание статьи:

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 января 2017 г. N 58-КГ16-26 Суд отменил апелляционное определение и направил на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции дело о признании права собственности на недвижимое имущество в порядке приобретательной давности, поскольку действующее законодательство допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу; кроме того, суды не указали, с какого времени следует исчислять срок исковой давности и не дали оценку тому, что спорной долей третьи лица владели с момента смерти собственника недвижимого имущества

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Асташова С.В.,

судей Романовского С.В. и Киселева А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Собановой Л.К. к муниципальному образованию городской округ «Город Комсомольск-на-Амуре» о признании права собственности на недвижимое имущество в порядке приобретательной давности

по кассационной жалобе Собановой Л.К. на решение Ленинского районного суда гор. Комсомольск-на-Амуре от 27 января 2016 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 мая 2016 г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В., установила:

Собанова Л.К. обратилась в суд с иском к муниципальному образованию городской округ «Город Комсомольск-на-Амуре» (далее — муниципальное образование) о признании права собственности на 1/2 долю жилого помещения, расположенного по адресу: . в порядке приобретательной давности.

В обоснование исковых требований указала, что спорное жилое помещение, представляющее собой однокомнатную квартиру, принадлежало на праве собственности Миляеву А.С., умершему 2 января 1994 г., и ее брату Жданову Ю.К., умершему 1 августа 2000 г.

После смерти Миляева А.С. наследство в виде принадлежащей ему 1/2 доли квартиры в установленном порядке никто не принял.

После смерти Жданова Ю.К. наследство в виде 1/2 доли данного жилого помещения приняла она, в 2000 году вселилась в указанную квартиру, пользуется ею до настоящего времени, сделала ремонт, несет бремя содержания жилого помещения, оплачивает налоги и коммунальные услуги.

Ссылаясь на то, что с 1994 года Жданов Ю.К. (пасынок Миляева А.С.), а после его смерти с 2000 года она на протяжении более 15 лет добросовестно, открыто и непрерывно владели долей в праве собственности на указанную квартиру, оставшейся после смерти Миляева А.С., просила признать за ней право собственности на 1/2 долю жилого помещения в порядке приобретательной давности.

Решением Ленинского районного суда города Комсомольск-на-Амуре от 27 января 2016 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 мая 2016 г., в удовлетворении иска Собановой Л.К. отказано.

В кассационной жалобе Собанова Л.К. просит отменить названные судебные акты.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 21 декабря 2016 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм права допущены судами при рассмотрении настоящего дела.

Судами установлено, что 1/2 доля в праве собственности на спорную квартиру принадлежавшая Миляеву А.С., умершему в январе 1994 г., являлась выморочным имуществом.

В соответствии со статьей 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений содержащихся в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» выморочное имущество, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность соответственно Российской Федерации (любое выморочное имущество, в том числе невостребованная земельная доля, за исключением расположенных на территории Российской Федерации жилых помещений), муниципального образования, города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга (выморочное имущество в виде расположенного на соответствующей территории жилого помещения) в силу фактов, указанных в пункте 1 статьи 1151 ГК РФ, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации.

Таким образом, с момента смерти Миляева А.С., то есть с 2 января 1994 г., данная доля считается принадлежащей на праве собственности муниципальному образованию. Однако свои права на наследство в отношении указанного имущества ответчик не оформил, каких-либо действий по владению и пользованию этим имуществом не осуществлял.

На момент смерти Миляева А.С. в указанной квартире проживал Жданов Ю.К., являвшийся собственником 1/2 доли в праве собственности и умерший 1 августа 2000 г.

После его смерти наследником его доли в праве собственности на квартиру стала его сестра Собанова Л.К., которая вселилась в указанную квартиру, произвела там ремонт, уплачивала коммунальные и прочие платежи.

Отказывая в удовлетворении иска о признании за Собановой Л.К. в силу приобретательной давности права собственности на долю, ранее принадлежавшую Миляеву А.С., суд первой инстанции исходил из того, что спорная доля как объект недвижимого имущества может быть истребована в соответствии со статьями 301, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации. Течение срока владения спорной долей в соответствии с положениями пункта 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующему требованию к имуществу. В связи с этим суд пришел к выводу, что 18-летний срок владения истицей спорной долей, который необходим для удовлетворения ее иска не истек.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что владение Собановой Л.К. спорной долей в праве на квартиру не может являться добросовестным, поскольку она знала об отсутствии у нее права на это имущество. Кроме того, применение к спорным отношениям положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации невозможно, поскольку для определения прав на спорную долю следует исходить из норм наследственного права.

Данный вывод основан на неверном применении норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо — гражданин или юридическое лицо, — не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 15, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда от 29 апреля 2010 г. N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

По смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

В связи с этим, тот факт, что спорная доля в праве собственности на квартиру является выморочным имуществом и в силу закона признается принадлежащей с января 1994 г. муниципальному образованию, сам по себе не является препятствием для применения статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также этот факт не может свидетельствовать о недобросовестном владении истицей данной квартирой, поскольку она владеет ею как один из сособственников.

Кроме того, судами неправильно применен закон относительно исчисления срока владения имуществом для приобретения на него права собственности в силу приобретательной давности.

Так, Собанова Л.К. стала владеть всей однокомнатной квартирой как собственной после смерти своего брата Жданова Ю.К. с августа 2000 г. Ранее, начиная с января 1994 г., квартирой единолично владел ее брат.

Согласно пункту 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

Однако указанная правовая норма судами не была применена.

Делая вывод о том, что срок, необходимый для приобретения истицей права собственности на спорную долю не истек, суды указали, что не утрачена возможность виндицировать данное имущество в пользу муниципального образования, а потому и 15-летний срок, предусмотренный статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, не начал течь.

При этом суды не указали, с какого времени следует исчислять срок исковой давности для применения статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации и не дали оценку тому, что спорной долей третьи лица (Жданов Ю.К. и Собанова Л.К.) владели с января 1994 г. — момента смерти Миляева А.С.

Допущенные судами нарушения норм материального права являются существенными, без их устранения восстановление нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы невозможно.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 мая 2016 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Исковая давность и вопрос госрегистрации прав собственности на недвижимость, как зона риска для участников гражданского оборота

В поле зрения «Право.Ru» попал интересный конфликт, показывающий, насколько сложно и порой не очевидно для бизнеса урегулированы отношения, связанные с переходом права собственности на недвижимость.

Суть спора такова. 16 февраля 2000 года ОАО «Агрофирма „Рогачево“ (ответчик) учредило ООО „РогСибАл“ (истец), внеся в уставный капитал пять объектов недвижимости, расположенных в Московской области (Дмитровский район, д. Александрово), права на которые никогда не были зарегистрированы в ЕГРП. Они были переданы во владение истца по акту приема-передачи, доля ответчика в уставном капитале истца составила 49%.

В настоящее время объекты числятся на бала нсе истца. Однако переход прав собственности на них зарегистрирован не был. По прошествии десяти лет „РогСибАл“ потребовал от агрофирмы осуществить государственную регистрацию перехода прав собственности на недвижимое имущество, однако получил отказ. Это и стало поводом для разбирательства: „РогСибАл“ решил добиться госрегистрации в судебном порядке. Соответствующий иск рассматривал Арбитражный суд Московской области (дело № А41-13623/2011).

Аргументация истца строилась на ст. 131, 551 Гражданского кодекса, а также ст. 16 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“. „РогСибАл“ считал, что „в случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны … вынести решение об этой регистрации“. АС МО 29 июня 2011 года отказал „РогСибАл“ в удовлетворении требований. Аргументация первой инстанции строилась на том, что истец выбрал ненадлежащий способ защиты права. По мнению областного арбитража, ему следовало либо обратиться в регистрационную палату с требованием о регистрации права собственности на указанные объекты недвижимости и в случае отказа идти в суд, либо обратиться с иском о признании за истцом права собственности на указанные объекты.

Апелляционная инстанция 11 октября 2011 года также отказала истцу в удовлетворении требований – но уже по другим основаниям. Во-первых, 10-й ААС, в отличие от АС МО, решил, что в отсутствие сомнений в принадлежности прав и до их государственной регистрации, истцом был выбран правильный способ защиты права. Однако „РогСибАл“, по мнению апелляции, обратился за пределами срока исковой давности. То есть, постановил 10-й ААС, истец должен был узнать о нарушении своего права, предусмотренного ст.551 ГК РФ, по истечении одного года, предусмотренного для оплаты уставного капитала, с момента своей государственной регистрации. Суд посчитал, что уставный капитал истца не был оплачен, поскольку не был зарегистрирован переход права собственности на недвижимость, не приняв во внимание факт передачи имущества во владение истца. Поэтому апелляция сделала вывод о том, что срок исковой давности по рассматриваемому требованию истек в 2004 году. Следовательно, оснований для государственной регистрации перехода прав собственности нет, постановил 10-й ААС. Это постановление было обжаловано в кассационном порядке (Ф05-13497/2011), и вчера Федеральный арбитражный суд Московского округа оставил в силе судебные акты нижестоящих инстанций. На сайте ФАС МО пока опубликована только резолютивная часть постановления, мотивировочная появится несколькими днями позже.

Это дело, уверен партнер юридической фирмы „Некторов, Савельев и партнеры“ Сергей Савельев, представляющий интересы истца в этом процессе, показывает, насколько сложно и неочевидно для бизнеса урегулированы отношения, связанные с переходом прав собственности на недвижимость. Даже среди судов отсутствует однозначное понимание ситуации, их мнения расходятся в большинстве принципиальных вопросов: от способа защиты права (вида иска) до предмета доказывания и срока исковой давности. Такая ситуация порождает множество рисков для участников гражданского оборота.

Во-первых, допущенное судами смешение понятий „переход права собственности“ и „оплата уставного капитала“, создает условия для корпоративного шантажа: учредитель общества, внесший в уставный капитал недвижимое имущество, получает возможность оттягивать срок государственной регистрации перехода прав собственности к учрежденному обществу. Второй негативный момент связан с вопросом о сроке исковой давности. „Неправильное определение начала его течения создает неопределенность в гражданском обороте. До истечения срока давности владения (15 лет) спорная недвижимость оказывается „подвешена“: право на нее не зарегистрировано в ЕГРП, ее нельзя продать или заложить, однако у недвижимости есть законный владелец с соответствующей владельческой защитой, который, к тому же, уже несколько лет платит налог на эту недвижимость“, — говорит Сергей Савельев. Очевидно, что разнообразие позиций судов вредит рыночному обороту и должно быть устранено, особенно когда дело касается отношений по поводу недвижимости, уверен Савельев.

Адвокат Адвокатской палаты Санкт-Петербурга Владимир Дмитриев согласен с мнением Савельева относительно вопроса, касающегося срока исковой давности: „Из судебных актов не видно, что в суде первой инстанции ответчик заявил о пропуске срока исковой давности. Позиция апелляции о том, что ее срок здесь составляет 1 год и начинает течь с момента государственной регистрации юридического лица, вызывает сомнения“.

Дмитриев отмечает, что если следовать логике 10-го ААС, „процессом регистрации перехода права собственности при внесении недвижимости в уставный капитал надо заниматься немедленно, так как если в течение года переход права не будет зарегистрирован, то право к созданному юрлицу не перейдет“. Но, отмечает адвокат, «объективно возможна ситуация, когда при уклонении учредителя от регистрации перехода права решение суда о регистрации перехода права не вступит в силу в течение года с момента регистрации юрлица». Хотя бы поэтому, делает вывод Дмитриев, «такое толкование сомнительно и создает потенциальную угрозу для нарушения прав приобретателя». «Исковая давность, как известно, течет с момента, когда лицо узнало (должно было узнать) о нарушении права (с момента отказа в предоставлении документов для регистрации, игнорирования соответствующего требования)», — резюмирует адвокат.

В свою очередь, общественный советник Федеральной антимонопольной службы Анатолий Семенов, говоря о сроке исковой давности, отмечает, что «это всегда вкусовой вопрос» и он должен быть дан на откуп суду. Он обратил внимание на другие аспекты, которые следовало бы оценить в судебном порядке. В первую очередь: можно ли считать сделку по передаче объектов недвижимости в собственность, заключенную между участниками процесса, законной, не является ли она ничтожной. «Имущество передавалось по учредительному договору. Затем „дочка“ потребовала от материнской компании, чтобы та завершила на законных основаниях процедуру регистрации, зарегистрировала объекты недвижимости. Но получила отказ. Напрашивается вывод, что сделка не была направлена на получение юридически значимых последствий», — говорит Семенов. Он также склоняется к тому, что истец, возможно, выбрал неверную тактику: «Зачем добиваться через суд регистрации имущества в собственность? Это не задача суда». И потом, добавляет он, весьма странно, что сам спор возник только спустя 10 лет. По мнению Семенова, в этой связи следует также оценить наличие аффилированности отношений между участниками процесса.

С ответчиком «Право.Ru» связаться не удалось: в течение дня на звонки по городскому телефону в компании не ответили, а запрос портала по электронной почте также пока не нашел отклика.

Такая ситуация порождает множество рисков для участников гражданского оборота.

Постановление Президиума ВАС РФ от 4 сентября 2012 г. № 3809/12

С принятием совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее — Постановление № 10/22) введена возможность признания права или обременения отсутствующими.

Так, например, в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими (см. п. 52 Постановления № 10/22).

Интересным с точки зрения применения указанного пункта является ситуация, описанная в Постановлении Президиума ВАС РФ № 3809/12.

По указанному делу Префектура Южного административного округа г. Москвы (далее — Префектура) обратилась с иском к закрытому акционерному обществу «Лондон Бридж Маркет» (далее — Общество) о признании отсутствующим права собственности на объект недвижимого имущества площадью 1526,7 кв. м, расположенный по адресу: г. Москва, Сумской проезд, вл. 2Б.

Исковые требования были предъявлены с целью защиты прав на земельный участок, на котором расположено спорное здание.

Важно отметить, что вопрос о принадлежности данного объекта ответчику перед судом не ставился.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.06.2011 в удовлетворении иска отказано. При этом суд ссылался, что обстоятельства, перечисленные в п. 52 Постановления № 10/22, по мнению суда первой инстанции, отсутствуют, а значит истцом выбран ненадлежащий способ защиты нарушенного права.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2011 решение суда первой инстанции отменено, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции указал, что истцом выбран надлежащий способ защиты нарушенного права, поскольку спор о принадлежности здания на праве собственности ответчику отсутствует, таким образом, предъявление иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения или иска о признании права собственности не приведет к восстановлению нарушенного права истца. Вывод о неприменимости к заявленным требованиям срока исковой давности суд посчитал верным, сославшись на пункт 57 Постановления Пленума № 10/22, согласно которому в случаях, когда нарушение права истца путем внесения недостоверной записи в ЕГРП не связано с лишением владения, на иск, направленный на оспаривание зарегистрированного права, исковая давность не распространяется. При этом суд указал, что рассматриваемый спор не связан с лишением ответчика владения либо наделением истца правом владением спорным имуществом.

Федеральный арбитражный суд Московского округа постановлением от 21.12.2011 оставил постановление Девятого арбитражного апелляционного суда без изменения, а кассационную жалобу Общества без удовлетворения.

При оставлении в силе решения суда первой инстанции Президиум ВАС РФ сослался на следующее.

  1. Суды первой и апелляционной инстанций дали различную квалификацию возведенному объекту. Вместе с тем, из материалов дела невозможно сделать однозначный вывод о характеристиках спорного здания именно как объекта недвижимого имущества.
    При таких обстоятельствах иск о признании зарегистрированного права отсутствующим мог быть предъявлен.
  2. Вывод судов о неприменении срока исковой давности к требованию о признании права отсутствующим в настоящем деле является ошибочным. В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности равен трем годам. Случаи, когда исковая давность не применяется, установлены в ст. 208 ГК РФ. В частности, исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения.
    В соответствии с пунктом 57 Постановления № 10/22 течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП.
    Поскольку на момент рассмотрения иска с момента регистрации права прошло более 12 лет, а также с учетом неоднократного продления договора аренды земельного участка, а также принимая во внимание контрольные функции, которые возложены на органы государственной власти города Москвы, довод истца о том, что срок исковой давности не пропущен не может быть принят во внимание.
  3. Оснований для удовлетворения иска не имеется в силу следующего. Доказательств, свидетельствующих о том, что истец является собственником или владельцем здания, в деле не имеется, а ответчик, напротив, является владельцем здания, а также занимает спорный земельный участок на законных основаниях. Право собственности ответчика на спорное здание зарегистрировано в ЕГРП.

Таким образом, судебные акты апелляционной и кассационной инстанции как нарушающие единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права отменены, а решение суда первой инстанции, поскольку оно не привело к принятию неверного судебного акта, — оставлено без изменения.

Важно отметить, что в постановлении прямо указано, что вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов по делам со схожими фактическими обстоятельствами, принятые на основании нормы права в истолковании, расходящемся с содержащимся в настоящем постановлении толкованием, могут быть пересмотрены по новым обстоятельствам, если для этого нет других препятствий.

Дом со сроком давности

Мой отец обратился с иском о признании права собственности на жилой дом. Суд в иске отказал. Кассационная инстанция первое решение отменила и отправила на новое рассмотрение. Новый судья полгода откладывал рассмотрение, затем вынес решение: в иске отказать, пропущен срок исковой давности три года, при этом не указана дата, с которой надо считать. Попытки обжаловать данное решение в кассационной и надзорном порядке к результату не привели. В чем заключается единство судебной практики по применению исковой давности в судебных спорах о правах на жилые дома и другое имущество, подлежащее государственной регистрации?

Фархтдинов Марсель Максутович

Вопрос о применении срока исковой давности к искам о признании права собственности является спорным. Судебная практика развивается по пути применения исковой давности к этой категории дел.

Применяя срок исковой давности, нужно руководствоваться общим правилом, что он равен трем годам. Срок начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о том, что его право нарушено. Если был установлен срок исполнения обязательства, то течение исковой давности начинается после наступления этого срока. Если же такой срок не установлен, а определен моментом востребования, то течение исковой давности начинается с момента, когда у истца возникло право требовать исполнения обязанности с ответчика.

О том, что срок исковой давности прошел, могут заявлять только стороны. То есть суд по своему усмотрению не может отказать в иске при истечении исковой давности. Даже если после вынесения решения одна из сторон определит, что исковая давность прошла еще до предъявления иска, отменить такое решение нельзя. Поэтому если нормы об исковой давности применены по инициативе суда, это нарушение.

Течение срока исковой давности прерывается при предъявлении иска в суд. Так, при предъявлении вами первоначального иска, решение по которому впоследствии отменилось, должно было прерваться течение срока исковой давности. После перерыва срок исчисляется заново.

Если указанные нарушения существовали, тогда можно попробовать обжаловать решение и дальше в порядке надзора в следующую инстанцию — Судебную коллегию по гражданским делам ВС РФ.

Вообще исковая давность применяется при нарушении права, а здесь только оспаривание. Требований к ответчику об устранении нарушений тоже нет. А ведь именно для того, чтобы не затягивать время для обращения в суд за устранением нарушений, и придумана исковая давность. Так вот, если суд применяет исковую давность и в случае ее пропуска отказывает в иске, то лицо, фактически владеющее, так и будет продолжать владеть, юридически это не оформив. А ситуация, в которой лицо хотело подтвердить отсутствие у иных лиц прав на спорную вещь, так и останется неразрешенной.

Пресса о ВАС РФ

Иски о признании права собственности // Распространяется ли на них исковая давность?

Коллеги, как вы считаете, распространяется ли исковая давность на иски о признании права собственности?

Президиум ВАС РФ в Постановлении от 2 августа 2005 года № 1206/05 сформулировал следующую правовую позицию:

«Государственное учреждение – Управление федеральной почтовой связи Тульской области … обратилось в Арбитражный суд Тульской области с иском … о признании права федеральной собственности на встроенное помещение… Вывод суда апелляционной инстанции о нераспространении в соответствии со статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давности на требования, предъявленные истцом, как на требования иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были связаны с лишением владения, является обоснованным».

Таким образом, иск о признании права собственности был расценен как аналогичный негаторному иску, а на негаторный иск исковая давность не распространяется.

В Постановлении от 6 ноября 2007 г. № 8665/07 Президиум ВАС РФ поддержал названную позицию, указав, что дело по иску о признании права федеральной собственности на объект недвижимого имущества направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, так как суду следовало рассмотреть иск как требование, аналогичное требованию собственника об устранении всяких нарушений его прав в отношении спорного помещения, не связанных с лишением владения этим помещением, и, следовательно, применить к нему правила ст. 208 ГК РФ.

Однако считать судебную практику по данному вопросу сформировавшейся до сих пор нельзя.

Другой подход (о том, что исковая давность распространяется на иски о признании права собственности) применен, например, в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 30 декабря 2011 года по делу № А79-290/2011:

«Федеральное агентство по управлению государственным имуществом … обратилось в Арбитражный суд Чувашской Республики с иском … о признании права собственности Российской Федерации на объект недвижимого имущества… Сославшись на статьи 195, 196, 199, 200 и 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд решением от 29.04.2011, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 13.09.2011, отказал в удовлетворении исковых требований. Судебные инстанции пришли к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требования. …Оснований для отмены судебных актов не имеется».

По мнению М. Ероховой, «по искам о признании наличие исковой давности приводит к противоречивым судебным актам, поскольку в мотивировочной части судебного акта суд констатирует наличие права у истца, а в резолютивной — отказывает в удовлетворении требования, направленного на констатацию права в связи с истечением срока».

В комментарии судебной практики «Практика применения Гражданского кодекса РФ, части первой (под. общ. ред. В.А. Белова)» предлагается делить иски о признании права собственности на две группы. Первая – правоподтверждающие иски о признании права собственности (они заявляются когда лицо уже является носителем права, но есть опасность, что кто-то может посягать на это право, не соглашаться с ним). Вторая – правообразующие иски о признании права собственности (они имеют своей целью породить посредством судебного решения право собственности у истца, а не подтвердить его). Авторы делают вывод, что «норма ст. 208 ГК, ограничивающая применение исковой давности, вполне может быть применена к искам о признании права, которые имеют правоподтверждающее значение (т.е. имеется некое нарушение, которое подвигает собственника на предъявление иска о признании права, но, естественно, собственник продолжает владеть своей вещью). В исках же о признании, которые имеют правообразующее значение (т.е. направлены на то, чтобы право впервые возникло у истца), исковая давность должна применяться на общих основаниях».

Как Вы считаете, распространяется ли исковая давность на иски о признании права собственности?

Есть ли смысл для решения этого вопроса делить иски о признании права собственности на правоподтверждающие и правообразующие?

Почему при наличии правовой позиции, неоднократно высказанной Президиумом ВАС РФ, практика по данному вопросу до сих пор неоднозначная?

Исковая давность по делам о признании права собственности

Люшня Алексей Викторович.
Legalcat(с)mail.ru
Кандидат юр.наук г. Омск.

Одним из исков, направленных на защиту права собственности, является иск о признании права собственности. Несмотря на то, что отечественной судебной практике это притязание известно еще с XIX в., его особенности и правовая природа являются дискуссионными. В частности, заслуживает внимания вопрос о применимости к этому иску исковой (погасительной) давности.

Несмотря на кажущуюся простоту ответа 001 на этот вопрос, мнения ученых разделились. Одни (Белиловский Д.И., Попов Б.В. 002 ) выступают за применение исковой давности к подобным искам в рамках ее общего срока. Другие (Гордон В.М., Гурвич М.А., Крашенинников Е.А., Сергеев А.П. 003 ) полагают, что эти иски в силу их особого характера свободны от ее действия.

В пользу неприменимости исковой давности, в основном, приводятся положения о том, что: иски о признании защищают не нарушенное право, а только оспоренное; в исках о признании отсутствует материально–правовое притязание к ответчику, которое и погашается истечением исковой давности; иски о признании – это средство защиты в отношении длящихся правонарушений, следовательно, на них не распространяется исковая давность 004 .

В отношении допустимости исковой давности мотивы таковы: законодательство устанавливает определенные сроки для обращения за защитой; владелец нарушенного права, не защищающийся от нарушения в течение длительного времени, по всей видимости, не имеет интереса к данной вещи (благу); гражданским отношениям необходима стабильность и определенность. В пользу этого подхода можно привести также тот факт, что гражданское законодательство РСФСР никогда не указывало иски о признании права (как собственности, так и иных прав) в числе исков, на которые не распространяется исковая давность. Подобное понимание законодательства допустимо и сейчас. По этому же пути идет и современная судебная практика 005 .

Как известно, иск о признании права собственности существует в двух видах: положительном и отрицательном. Первый вид иска направлен на судебное подтверждение наличия у истца искомого права на спорную вещь, второй – на подтверждение отсутствия у ответчика полагаемого за ним права на фактический объект спора. С помощью этого средства защиты заинтересованный субъект может подтвердить наличие или отсутствие между ним и нарушителем (субъектом, оспаривающим право) права отношений собственности по поводу спорной вещи. Необходимо учесть, что предмет этого иска направлен только лишь на констатацию юридического отношения, сложившегося (или не сложившегося) между сторонами спора.

На первый взгляд можно решить, что, применяя по такому притязанию исковую давность, суд отказывает не в признании права собственности истца (признании отсутствия права у ответчика), а в предоставлении судебной защиты. Однако это мнение неверно, ибо защита права состоялась (решение вынесено), но из–за наличия факта пропуска исковой давности результат предоставленной истцу защиты не совпал с его ожиданиями. Также неверным будет мнение о том, что суд, применяя исковую давность, отказывает не в признании права истца (признании отсутствия права у ответчика), а в удовлетворении искового притязания при сложившихся обстоятельствах (истечение срока для обращения за судебной защитой). Дело в том, что задача судебной защиты по искам о признании права состоит именно в том, чтобы суд подтвердил наличие или отсутствие права 006 . Следовательно, отказ в удовлетворении положительного иска о признании права по своему внешнему результату фактически тождественен отказу в иске по мотиву отсутствия самого права у истца, равно как и отказ в удовлетворении отрицательного иска фактически подтверждает существование оспариваемого права у ответчика.

Любая вещь, с правовой точки зрения, может существовать только в двух ипостасях: чья–то, то есть имеющая собственника (res in dominio) и ничья (res nullius), то есть не имеющая такового. Говоря о судебном признании наличия (отсутствия) права собственности, следует заметить, что в основании любого права должен лежать строго определенный законодательством фактический состав (в отношении права собственности этот вопрос регулирует гл. 14 ГК РФ). Если он порочен, то и право (вернее, его видимость), соответственно, тоже. Даже его последующая регистрация в каком–либо реестре, получение на этой основе соответствующего свидетельства, не сможет сделать его сильнее и бесспорнее. Настоящим собственником является другой субъект, который может защищать свое право притязанием о его признании, до тех пор, пока само право у него имеется. Нужно учесть также то, что собственник, проиграв иск о признании права собственности по основанию пропуска им исковой давности, ничего таким проигрышем не прибавит к правовому положению нарушителя права 007 .

Само субъективное право собственности по своей природе бессрочно, первоначально возникнув, оно будет существовать бесконечно (при отсутствии обстоятельств, предусмотренных гл. 15 ГК РФ). Это право никак не может прекратиться бездействием собственника, выражающимся в отсутствии его реакции на совершенное правонарушение 008 . Задавнить это регулятивное право нельзя в принципе 009 , так как в соответствии с правовой природой исковой давности задавнить возможно только исковое притязание, вытекающее из нарушения соответствующего права. Даже те субъективные права, в отношении которых исковая давность применима, например, относительные права, после их нарушения и истечения срока исковой давности не исчезают. Эти права продолжают существовать, просто они уже лишены возможности принудительного осуществления с помощью суда по иску заинтересованного лица 010 .

Следовательно, полагаем, что защищаться против притязания собственника о признании его права собственности, нарушитель права (ответчик) может не путем эксцепции о пропуске исковой давности, а только путем противопоставления своего права тому праву, которое заявляется истцом (заметим, что в отношении иска о признании права собственности в силу его правовой природы неприменимы ограничения и соответствующие эксцепции негаторного и виндикационного исков, установленные в ст. ст. 301, 302, 304 ГК РФ). Поэтому исковая давность не должна применяться в отношении такого иска.

Как известно, рассматриваемый нами иск может быть заявлен как при нарушении права, так и при его оспаривании. В случае, если основанием для его предъявления послужило оспаривание права, то такой иск также не подлежит действию исковой давности, так как помимо вышеуказанной причины, в силу ст. 195 ГК РФ, исковая давность распространяется только на притязания в защиту нарушенных прав, а не оспоренных 011 .

Иск о признании права собственности может применяться как для защиты от нарушений, приведших к лишению собственника владением спорной вещью, так и не приведших. Можно отметить следующее – если нарушение права не лишило собственника владения 012 , то применение исковой давности по иску собственника о признании его права собственности лишено смысла, ведь собственник, чей иск будет отклонен судом по мотивам пропуска исковой давности, останется владельцем спорной вещи.

И, наконец, отрицательный иск о признании права собственности также нельзя задавнить, ведь пропуск собственником исковой давности (то есть истечение определенного времени) не может создать право на стороне нарушителя, в результате отказ в признании права лишь усилит спорность и неясность в отношениях сторон.

Все вышесказанное позволяет прийти к выводу о том, что применение исковой давности по искам о признании права собственности противоречит не только природе данного иска, но и защищаемого права.

Что даст на практике невозможность задавнить этот иск? Во–первых, собственник сможет формализовать свое отношение к спорной вещи в течение всего периода времени, пока ее статус будет являться неясным. Во–вторых, авторитетное (судебное) определение взаимных прав и обязанностей позволит сделать гражданские отношения более предсказуемыми и прозрачными. В–третьих, если собственник лишен владения спорной вещью, то он вполне обоснованно может попытаться предотвратить ее отчуждение либо значительно уменьшить возможность добросовестного ее приобретения 013 . Таким образом, собственник получает дальнейшую возможность правового воздействия на конфликтную ситуацию, сложившуюся в отношении его вещи.

Подводя итоги, следует положительно оценить недавнее введение в гражданское законодательство России 014 так называемого правила «Hand muss Hand wahren» 015 . В соответствии с ним, добросовестный приобретатель вещи при ее неуправомоченном отчуждении приобретает полноценное право собственности. К сожалению, это правило принято только в отношении недвижимостей, добросовестное приобретение движимостей до сих пор дает приобретателю только владение и возможность узукапии. Однако, наши предложения о нераспространении исковой давности на иск о признании права собственности не вступают в конфликт с интересами добросовестных приобретателей, в случае, если добросовестный приобретатель является владельцем спорной движимости, то на его стороне имеется узукапия, которая не может быть поколеблена (равно как и соответствующее владение) удовлетворением против него иска о признании права собственности 016 , если он является владельцем недвижимости, то он защищен против притязаний собственника наличием у него полноценного права собственности.

Законодательное исключение притязаний о признании права собственности из сферы действия исковой давности, произведенное с учетом правила «Hand muss Hand wahren», защитило бы добросовестных владельцев от излишних судебных тяжб (сделав их бесперспективными со стороны бывшего собственника, утратившего вещь), но позволило бы собственнику продолжать защищать свои права и интересы в отношении владельцев недобросовестных.

Люшня А.В. 03.12.04 г.

001 На первый взгляд, достаточно ознакомиться с содержанием ст. 208 ГК РФ и иных норм о сфере исковой давности, существовавших в предшествующем законодательстве.
002 Белиловский Д.И. Иски о признании и исковая давность по ним // Правоведение. 1970. № 3. С. 130-133; Попов Б.В. Исковая давность. М., 1926. С. 4-6.
003 Гордон В.М. Иски о признании. Ярославль. 1906. С. 324; Гурвич М.А. Пресекательные сроки в советском гражданском праве. М., ВЮЗИ. 1961. С. 62, 63, 70-72; Крашенинников Е.А. Понятие и предмет исковой давности. Ярославль. ЯрГУ. 1997. С. 60-71; Гражданское право. Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. Автор раздела Сергеев А.П. М., Проспект. 2002. 6-е изд. Т. 1. С. 569. Прим. 2.
004 Следует также упомянуть о точке зрения, распространенной среди практикующих юристов, которая отождествляет иск о признании права собственности с негаторным иском, и, соответственно, освобождает его от действия исковой давности в силу абз. 5 ст. 208 ГК РФ.
005 См. например: п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1981 г. № 4 «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом личной собственности на жилой дом» // Сборник постановлений Конституционного Суда РФ, Верховных Судов СССР и РФ (РСФСР) по гражданским делам. М., Норма. 2001. С. 247; Постановление ФАС ВСО от 21.07.2000 г. № А33-1062/00-С2-Ф02-1352/00-С2 «Иск о признании права собственности на помещение не был удовлетворен в связи с пропуском истцом срока исковой давности»; Постановление ФАС ВСО от 23.01.2001 г. № А10-3418/99-3-Ф02-2804/00-С2 «Признавая наличие у истца права собственности на спорное имущество, суд не применил срок исковой давности, о применении которого заявлял ответчик в соответствии со ст. 199 ГК Российской Федерации, в связи с этим решение подлежит отмене» // Материалы арбитражной практики цитируются по СПС «КОДЕКС».
006 Именно поэтому наши рассуждения неприменимы к иному вещному иску — виндикационному (к негаторному они не применимы в силу абз. 5 ст. 208 ГК РФ). Связано это с тем, что при виндикации суд не только признает наличие права собственности у истца (косвенным образом), но и признает наличие у ответчика обязанности по возврату незаконно удерживаемой вещи. Притязание на принуждение к исполнению именно этой обязанности закон и позволяет задавнить по виндикационному иску. Именно констатация на стороне истца этих двух оснований и приводит к удовлетворению виндикации. Для удовлетворения иска о признании права собственности достаточно установления только наличия права у истца (отсутствия его у ответчика — по отрицательному иску о признании права собственности).
007 Фактическое положение нарушителя, безусловно, упрочится, но спорное право вследствие проигрыша собственника у него не появится.
008 Отметим в этой части два момента: первый — бездействие не является отказом (derelictio) от права собственности (ст. ст. 226, 236 ГК РФ); второй — если правонарушение сопряжено с лишением собственника владения его вещью, то он лишится своего права не с момента потери вещи и не с начала своего бездействия, а только с момента окончания на стороне добросовестного владельца узукапии, либо после государственной регистрации права собственности такого владельца (если вещь является недвижимостью).
009 В науке уже отмечалось, что французская судебная практика и японское гражданское законодательство (п. 2 ст. 167 Гражданского Кодекса Японии) стоят на позициях абсолютности права собственности, в результате чего исковая давность в принципе не распространяется на вещные притязания. См. подробнее: Кабатов В. Вопросы, которые могут возникнуть при применении российского законодательства об исковой давности // Хозяйство и право. 2004. № 5. С. 31-32.
010 Доказательства этому содержатся в ст. 206 и ст. 1109 ГК РФ. Ст. 206 (Исполнение обязанности по истечении срока исковой давности) Кодекса: «Должник или иное обязанное лицо, исполнившее обязанность по истечении срока исковой давности, не вправе требовать исполненное обратно, хотя бы в момент исполнения указанное лицо и не знало об истечении давности». Ст. 1109 (Неосновательное обогащение, не подлежащее возврату) Кодекса: «Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности». Отсюда видно, что суть обязательства между должником и кредитором (obligatio naturalis) сохранилась, именно поэтому должник, исполнивший свою обязанность после истечения исковой давности, не имеет права требовать исполненное обратно, так как такое исполнение не расценивается как произведенное без основания (condictio sine causa), кредитор вправе удержать исполненное (soluti retenio) без возникновения на его стороне незаконного обогащения.
011 Заметим, что для целей применения гл. 12 (Исковая давность) Гражданского Кодекса категория «нарушение права» и «оспаривание права» — не тождественны. Доказательством этому является то, что защита (в том числе и судебная), в силу ст. 11 Кодекса, дается не только нарушенным правам, но и оспоренным.
012 Считаем, что данное правонарушение, в основном, выражается в том, что атрибутами собственника начинает обладать не он, а иное лицо. В таком случае оснований для применения виндикации и негаторного исков не имеется (ведь владения истец не лишен и фактических помех в доступе к вещи не имеет), и собственник может защищать свои права посредством иска о признании его права собственности, заявленного против того субъекта, кто ошибочно презюмируется собственником.
013 Конкретные способы заявления о своем праве уже дело практики. Впрочем, можно использовать традиционные: нанесение знаков, уведомление о своем праве потенциальных контрагентов. В качестве курьеза можно указать на случай, упоминавшийся в деловой печати, когда лицо, считающее себя собственником здания и лишенное владения, пыталось предотвратить его отчуждение, посредством оклеивания строения сообщениями о своих претензиях на данную вещь и о наличии судебного спора.
014 Федеральный закон РФ от 30.12.2004 г. № 217-ФЗ «О внесении изменений в статью 223 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральный закон «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» // Российская газета. 2004 г. № 3669.
015 «Рука отвечает за руку» (нем.). Данный принцип закреплен, например, в § 932 BGB (Германское Гражданское Уложение) «Добросовестное приобретение от неправомочного лица»: «Вследствие отчуждения, произведенного на основании § 929, приобретатель становится собственником, даже если вещь не принадлежала отчуждателю, за исключением тех случаев, когда он в момент приобретения права собственности действовал недобросовестно. «.
016 Для узукапии необходима добросовестность только на момент завладения вещью. См.: D.41.3.10pr.