Верховный суд и правительство вступились за коллекторов

Законопроект, предполагающий дополнить Уголовный кодекс новой статьей 203, устанавливающей ответственность за превышение полномочий при возврате просроченных долгов, получил отрицательные отзывы Верховного суда и правительства РФ. Но несмотря на это, он может быть принят парламентариями в ходе голосования, которое, по словам одного из авторов документа — депутата Олега Нилова, состоится в середине 2017 года.

Проект закона предусматривает, что за превышение полномочий и распространение сведений, позорящих должника или его родственников, коллекторы должны получить наказание в виде штрафа размером до 1 млн рублей, ограничение или лишение свободы на срок до четырех лет. Если подобные действия повлекли за собой уничтожение имущества или совершены группой лиц, то они наказываются заключением в тюрьму на срок до восьми лет. А в случае причинения тяжкого вреда здоровью должника наказание увеличивается до 20 лет лишения свободы.

В пояснительной записке говорится, что принятый в этом году 230-ФЗ, регулирующий деятельность коллекторов, предусматривает лишь административную ответственность. Однако коллекторы в ряде случаев наносят непоправимый вред имуществу и здоровью не только должников, но и членов их семей. Авторы инициативы заявляют о необходимости уголовно-правовой защиты прав и интересов граждан. По их мнению, принятие законопроекта будет способствовать искоренению «кредитного насилия» в стране.

Однако Верховный суд и правительство РФ в своих отзывах на законопроект сошлись во мнении, что деяния, которые криминализируются в проектируемой ст. 203 Уголовного кодекса, уже и так квалифицируются по статьям УК об ответственности за преступления против жизни и здоровья. При этом в существующем законодательстве предусмотрено более мягкое наказание. Например, за самоуправство и умышленное уничтожение или повреждение имущества — лишение свободы на срок до пяти лет, а не до восьми.

— Вводить значительно более строгую ответственность, руководствуясь только критерием профессиональной деятельности виновного, не наделенного властными полномочиями, представляется нецелесообразным, — говорится в официальном отзыве Верховного суда.

Депутат Олег Нилов рассказал «Известиям», что, несмотря на отрицательные заключения Верховного суда и правительства РФ, есть большие шансы, что закон будет принят.

— Заключения могут быть какими угодно. Я в рамках последней избирательной кампании заключение получил от людей: 90% со мной согласны. Взысканием долгов должны заниматься банки, суды и приставы. А микрофинансовые организации и коллекторские агентства нужно запретить. Ужесточение уголовного наказания — первый шаг к этой цели, своего рода «намордник» для коллекторов, — говорит депутат.

По его словам, в ближайшее время законопроект будет рассмотрен комиссиями Государственной думы, а окончательно его судьба решится в ходе голосования парламентариев в середине 2017 года.

Директор Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА) Борис Воронин рассказал «Известиям», что ужесточение уголовной ответственности в отношении коллекторов не повлияет на количество недобросовестных взыскателей.

— НАПКА поддерживает борьбу с хулиганами на рынке. Сейчас они чувствуют себя совершенно безнаказанно. Но у государства уже есть возможности, чтобы бороться с ними, другой вопрос, что эти возможности не используются, — говорит Борис Воронин.

По его словам, в основном злостные нарушители закона о взыскании — вышибалы долгов из микрофинансовых организаций (МФО). В НАПКА периодически поступают жалобы от граждан, из которых следует, что такие организации используют автоматические информационные системы, в которые «зашиты» оскорбления и угрозы в адрес должников.

— По факту поступления к нам таких жалоб мы обращаемся в Генпрокуратуру. И в ряде случаев видим абсолютно непробиваемую позицию государственных органов, которые не хотят внимательно разбираться с организациями, которые откровенно нарушают закон, — говорит Борис Воронин. Он отмечает, что МФО оправдываются тем, что просто выдают займы, а сбором долгов не занимаются. Хотя легко можно доказать обратное, если по SMS-сообщению с угрозами, которое пришло должнику, определить оператора связи и узнать, с кем у него заключен договор.

— Если нарушители закона будут реально получать то, что заслужили, то и наказания в виде лишения свободы на срок до пяти лет будет достаточно, чтобы навести порядок на рынке взыскания, — полагает Борис Воронин.

Коллекторы и верховный суд

УФССП по Ханты-Мансийскому автономному округу в апреле текущего года решила оштрафовать два коллекторских агентства — «Сентинел кредит менеджмент» и «Активбизнесколлекшн» — на 50 тыс. руб. каждую. Основанием послужило то, что сотрудники компаний вместо двух SMS-сообщений написали три и пять соответственно. Согласно закону «О защите прав и законных интересов физлиц при возврате просроченной задолженности» коллекторы могут отправлять должникам не более двух SMS в сутки.

Приставы и коллекторские агентства вели судебные тяжбы, в итоге ВС РФ принял постановление о законности действий коллекторов. Согласно ему, несколько текстовых сообщений, объединенных общим смыслом, и отправленных с интервалом в несколько секунд «по независящим от общества обстоятельствам», являются одним сообщением, говорится в определениях суда.

Объем одного SMS-сообщения составляет 70 символов кириллицей и 160 — латиницей. «Если смс для одного должника по одному и тому же долгу превышает установленное техническими характеристиками количество символов в связи с тем, что в соответствии с законом компании обязаны указывать достаточно большой объем информации, то сообщение автоматически разбивается на части. Таким образом, одно сообщение может быть рассмотрено как несколько, что, соответственно, формально выглядит как несоблюдение закона», — сообщила РБК Новосибирск PR-директор Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА) Елена Григорьева.

За нарушение правил взаимодействия с должниками закон подразумевает санкции в виде штрафа от 50 до 500 тыс. руб., а также приостановлением работы организации до 90 дней.

Однако представители «Сентинел кредит менеджмент» и «Активбизнесколлекшн», добавила Григорьева, сумели убедить Верховный суд в несовершенстве федерального закона о коллекторах.

Жалобы на коллекторов

В PR-службе НАПКА отметили, что превышение числа отправленных смс-сообщений должнику — одна из главных причин возбуждения административных дел в отношений коллекторских агентств.

По словам замруководителя УФССП по Новосибирской области Федора Плесовских, в прошлом году управление приняло к рассмотрению 524 жалобы на деятельность коллекторских агентств.

«Из общего числа рассмотренных обращений 40 признано обоснованными. Возбуждены дела об административных правонарушениях, предусмотренные статьей 14.57 КоАП Российской Федерации. В отношении юридических лиц, осуществляющих функции по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, возбуждено 19 дел об административных правонарушениях», — рассказал Плесовских РБК Новосибирск.

В этом году, по словам замначальника регионального УФССП, поступило 386 обращений, из которых 47 признано обоснованными.

Давление на должников

Решение суда вызвало неоднозначную реакцию у российских юристов. Так, юрист Кирилл Кузнецов согласен с решением ВС. «Технические особенности SMS-сообщений не должны делать невозможным обращения к должнику», — рассказал он РБК Новосибирск.

Однако юрист компании «Юков и партнеры» Денис Бобырь считает, что решение Верховного суда может сыграть на руку недобросовестным коллекторам. Получив возможность писать более двух SMS-сообщений в сутки, они будут оказывать психологическое давление на должников.

«Позиция ВС не увеличит эффективности взыскания долгов по розничным кредитам, поскольку, по сути, лишь увеличит инструментарий воздействия на должника», — цитируют юриста «Известия».

С таким мнением не согласна PR-директор НАПКА Елена Григорьева, которая считает, что решение ВС не отменяет требования законодательства о недопустимости психологического давления на должников.

По словам Кузнецова, «черные» коллекторы работают вне правового поля, отправляя с разных номеров большое количество сообщений, поэтому им незачем пользоваться решением ВС.

Я у вас не занимал

Пленум Верховного суда РФ принял постановление, запрещающее банкам продавать коллекторам долги граждан. Вне закона окажется рынок объемом почти в 100 миллиардов рублей, при этом решение суда будет распространяться и на долги, проданные до июня 2012 года. Пока коллекторы думают, как выйти из сложившейся ситуации, банки грозят повышением ставок по кредитам из-за роста издержек на взыскание.

В настоящее время в России распространены две схемы сотрудничества банков и коллекторов. Первый способ подразумевает, что коллекторская компания выступает агентом по сбору денег с должников, получая за это от банка комиссию. Для этого многие финансовые учреждения, прежде всего крупные, создают собственные коллекторские конторы, чтобы не привлекать специалистов со стороны.

Вторая схема — банк продает коллекторам долги своих недобросовестных клиентов. В таком случае право собственности на задолженность переходит к специализированной компании, и банк к отношениям должник — коллектор никакого отношения уже не имеет. В течение последних лет объемы продаж банками долгов граждан демонстрировали уверенный рост.

ВТБ первым из государственных банков начал продавать долги коллекторам — в 2010 году он реализовал портфель на четыре миллиарда рублей. В конце января 2012 года Сбербанк решил продать коллекторским организациям портфель просроченной задолженности на 10 миллиардов рублей, что стало рекордом для российского рынка.

До этого крупнейший банк страны работал с компаниями, специализирующимися на взыскании «просрочки», только по агентским схемам. На тот момент общая просроченная задолженность клиентов перед Сбербанком составляла 47,7 миллиарда рублей, то есть финансовое учреждение решило продать коллекторам почти 20 процентов проблемных кредитов. А до 2010 года Сбербанк взыскивал долги вообще исключительно собственными силами.

В 2011 году банки продали коллекторам почти 100 миллиардов рублей долгов граждан, а по итогам 2012-го аналитики прогнозируют рост этой суммы до 150 миллиардов. В настоящее время на проданную специализированным агентствам задолженность приходится почти треть банковских проблемных кредитов. Весной 2012 года один банк выставил на торги даже долги умерших заемщиков.

При этом с момента своего зарождения в России рынок профессионального взыскания долгов работает в правовом вакууме. Закона, который бы регулировал цессию (переуступка прав на задолженность третьему лицу), в стране до сих пор не принято. Это, в свою очередь, порождает постоянную борьбу между клиентами банков, финансовыми структурами, надзорными органами и судами.

«Совершенно неправовое поле»

Законопроект «О деятельности по взысканию просроченной задолженности» был разработан Министерством экономического развития еще к лету 2011 года. Документ должен был регулировать работу коллекторских агентств и их отношения с должниками и банками. Однако он до сих пор не был передан ни в правительство, ни в Государственную Думу.

О необходимости подобного документа неоднократно говорили сами профессиональные участники рынка цессии. Если с взысканием долгов по агентской схеме более-менее все понятно, то с продажей задолженности было немало юридических «нестыковок». Прежде всего, договор получения кредита является двусторонней сделкой и участие третьих лиц в нем не предусмотрено. Соответственно, должник в любой момент может сказать коллектору: «Я с тобой договора не заключал, и ничего тебе отдавать не обязан».

Когда бывшие клиенты банков и коллекторы начинали судиться по поводу прав последних на долги первых, суды часто принимали решение «на свое усмотрение». Одни вставали на сторону физических лиц, другие — на сторону коллекторских контор. В свою очередь, против переуступки прав на взыскание долга выступали прокуратура и Роспотребнадзор.

Глава Роспотребнадзора Геннадий Онищенко заявлял, что коллекторские агентства находятся вне закона, а их деятельность — это «совершенно неправовое поле». Чиновник призывал заемщиков не вступать в отношения с коллекторами, а сразу обращаться в суд.

Позиция Роспотребнадзора сводилась к следующему: прежде всего, специализирующееся на взыскании долгов агентство не является банком, следовательно, не может его заменить в отношениях с заемщиком. Кроме того, коллектор не является поставщиком услуги, в данном случае кредита, а в случае продажи долга отношения между заемщиком и банком — настоящим поставщиком услуги — прекращаются.

В ведомстве настаивали, что необходимо сначала сформировать необходимую законодательную базу, а уже потом признавать деятельность коллекторов. Тем не менее, осенью 2011 года Высший арбитражный суд России постановил, что продажа долгов коллекторам совершенно законна, так как «не нарушает прав заемщика и не требует его согласия». Казалось, что в спорах между «взыскателями» и должниками появилась определенность.

Но 19 июня 2012 года пленум Верховного суда РФ принял проект постановления, согласно которому банки не имеют права продавать просроченную задолженность какой-либо организации, не имеющей банковской лицензии. Правда, в документе содержится формулировка «если иное не предусмотрено законом», но закона, разрешающего продажу долгов, в настоящее время нет.

Окончательное решение суда ожидается через неделю, но, по данным деловых СМИ, вероятность того, что решение пленума будет принято без существенных изменений, очень высока. В пресс-службе суда газете «Коммерсантъ» заявили, что поправки в постановление принимаются, только если «предъявленная система аргументации будет соответствовать интересам граждан и нормам существующих законов и перевесит аргументацию пленума».

Банки готовятся поднять ставки

Таким образом, «совершенно неправовое поле» сохранилось. С одной стороны, у судов общей юрисдикции, которые рассматривают дела коллекторов и граждан, будет на руках решение Высшего арбитража, с другой — постановление Верховного суда РФ. То есть они смогут, как и раньше, судить по своему усмотрению, руководствуясь или первым, или вторым.

Постановление суда будет иметь обратную силу, следовательно, многие граждане, чьи долги были проданы коллекторам до июня 2012 года, смогут оспорить сделки и по новой начать свои тяжбы с банками. Правда, коллекторы могут пойти и на ряд юридических ухищрений, чтобы соответствовать решению Верховного суда. Так, многие из них захотят обзавестись банковскими лицензиями, чтобы спокойно покупать долги граждан у финансовых организаций, не опасаясь, что потом суд признает такие сделки незаконными.

В свою очередь, банки грозят повышением ставок по кредитам из-за невозможности продать плохие долги. Финансисты утверждают, что их расходы на взыскание долгов вырастут, а это скажется на ценах услуг для населения. Как пояснил «Известиям» директор департамента управления процессами взыскания банка «Хоум Кредит» Святослав Емельянов, после принятия постановления Верховного суда финансовые структуры будут стараться взыскивать долги исключительно собственными силами.

В правовом вакууме также может оказаться Агентство по ипотечному и жилищному кредитованию (АИЖК). Эта структура, не имея банковской лицензии, выкупает у финансовых учреждений просроченные долги по ипотеке для их последующей реструктуризации. Из-за решения Верховного суда работа агентства будет затруднена. Правда, в АИЖК уже готовят проект изменений в законодательство, который позволит структуре нормально работать (а коллекторам — нет).

Похоже, единственным выходом из правового вакуума является только принятие закона о коллекторской деятельности, ну или ее полный законодательный запрет. В Европе и США скупка коллекторами долгов у банков разрешена и совершенно законна, и можно полагать, что с течением времени такие же нормы появятся и в России. Но пока судьба коллекторов, так же как и уже скупленных ими долгов, не определена.

Верховный суд признал моральный вред за жертвой назойливых коллекторов

Как пишет » Российская газета «, персональные данные истца попали в «рабочий список» одного из коллекторских агентств. В течение некоторого времени ему поступали звонки и СМС-сообщения с требованием вернуть задолженность. После того, как гражданин обратился в суд с иском о компенсации морального вреда, коллекторы заявили, что удалили номер и уничтожили данные. Произошедшее они объяснили технической ошибкой.

Районный и городской суды удовольствовались этим объяснением. Во взыскании компенсации было отказано по причине «недоказанности злоупотребления ответчиком правом при телефонном взаимодействии». Также суды не согласились, что в отношении заявителя совершались «действия, направленные на причинение вреда, нравственных либо физических страданий».

Судебная коллегия Верховного суда РФ по гражданским делам посчитала иначе. Требования о компенсации морального вреда обоснованы «в большей степени не нарушением правил сбора и обработки персональных данных, а нарушением неприкосновенности его частной жизни посредством необоснованных и назойливых телефонных звонков», сказано в определении. То, что звонки совершались, нижестоящие инстанции все-таки признали.

Также ВС обратил внимание на отсутствие доказательств того, что банк поручал ответчику обработку данных заявителя. Удостоилась нареканий и пассивность судей, не оказавших истцу содействия в собирании и истребовании доказательств – в частности, тот так и не смог истребовать у оператора связи распечатку СМС-сообщений и детализацию звонков. Суды отказали в удовлетворении соответствующего ходатайства, сославшись на недоказанность нарушения прав истца «путем производства звонков и направления сообщений».

Нововведения, утвержденные президентом РФ, предусматривают, что работодателей будут наказывать штрафом до 200 000 руб. или обязательными работами до 300 часов за отказ принимать на работу и увольнять людей предпенсионного возраста (см. «За увольнение предпенсионеров ввели уголовную ответственность»). Бизнес к такой новелле отнесся скептически. Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) раскритиковал инициативу властей. Есть же и другие основания для увольнения, подчеркнул президент РСПП Александр Шохин: «В частности, несоответствие квалификации. Если мы 50-летних будем увольнять за это, а 60-летних сохранять, то это дискриминация лиц более молодых возрастов». Да и без нового состава в УК хватает оснований, по которым можно привлечь работодателей к уголовной ответственности.

Самое популярное преступление

Пока основным из них является ст. 145.1 УК РФ («Невыплата заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат»), говорит Андрей Гривцов, старший партнер АБ «ЗКС». Это бывает возможно при двух условиях: когда сотрудникам недоплачивают зарплату дольше трех месяцев (или совсем ничего не перечисляют дольше двух), а сам работодатель в такой ситуации заинтересован и получает от нее выгоду. На практике подобных дел достаточно много, подчеркивает Гривцов: «И в большинстве случаев их расследование ставится на повышенный контроль». Так, летом этого года мировой судья судебного участка № 78 Центрального судебного района Тулы вынес обвинительный приговор по ст. 145.1 УК директору ООО ПКК «Крон-Энерго» Сергею Федотову. Следствие установило, что руководитель фирмы с 1 января по 1 октября 2016 года умышленно не выплачивал своим сотрудникам заработную плату, хотя такая возможность у него была. В итоге общая сумма задолженности составила более 500 000 руб. Суд приговорил предпринимателя к штрафу в размере 250 000 руб.

Гривцов рассказывает, что обычно в таких ситуациях уголовное преследование инициирует сам работник, подавая заявление в Следственный комитет о том, что ему не выплачивают зарплату. Если такое обращение подпишут сразу несколько сотрудников, то с большой долей вероятности проверка по нему пройдет с особым вниманием, подчеркивает эксперт. Кроме того, если проверяющие найдут и другие нарушения на предприятии, то директору компании может грозить реальный срок наказания. Весной прошлого года главу ООО «Кингкоул» Владимира Пожидаева приговорили к пяти годам лишения свободы и штрафу в 350 000 руб. Бизнесмена признали виновным в совершении преступлений не только по ч. 2 ст. 145.1 УК («Невыплата заработной платы»), но и по ч. 2 ст. 201 УК («Злоупотребление полномочиями»). Следователи выяснили, что руководитель фирмы организовал схему, чтобы получить контроль за деньгами ОАО «Замчаловский антрацит» и ОАО «Угольная компания «Алмазная», которые входят в состав «Кингкоул». Помимо этого, правоохранители установили, что Пожидаев не выплачивал заработную плату 156 сотрудникам на общую сумму более 17 млн руб., хотя у компании эти деньги были.

Тем временем Минюст собирается использовать упрощенный порядок взыскания денег с работодателей, которые задерживают выплату вознаграждений своим сотрудникам. Ведомство предлагает не устанавливать дополнительный срок для добровольного исполнения судебного решения недобросовестным работодателем.

Травмы на производстве и увольнение беременных

Еще один состав, который нередко инкриминируют работодателям, – «Нарушение требований охраны труда» (ст. 143 УК). В таких случаях, как правило, речь идет о тяжких и смертельных травмах на производстве, когда там не соблюдают правила охраны труда, поясняет Гривцов. В феврале этого года Омский районный суд вынес обвинительный приговор начальнику цеха АО «Птицефабрика «Сибирская» Михаилу Оносову. По версии следствия, осужденный поручил заменить задвижку водонапорного коллектора в машинном отделении канализационно-насосной станции пятерым рабочим. При этом Оносов не проинструктировал подчиненных, не выдал им переносной газоанализатор для определения уровня загазованности в помещении и спецсредства защиты дыхания для каждого. Когда сотрудники стали снимать задвижку, то произошел взрыв, из-за которого разрушилась насосная станция. В результате аварии двое работников погибли от травм и ожогов, а ещё трое пострадали. Их начальника в итоге приговорили к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком на два года и взыскали в пользу родственников потерпевших компенсацию морального вреда на сумму 1,15 млн руб.

Уголовное наказание предусмотрено и за «Необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет» (ст. 145 УК). Правда, некоторые работодатели уверены, что такая норма противоречит Конституции. Гендиректор «Ростовской юридической компании» Сергей Черепанов* уволил беременную сотрудницу за два прогула. За это мировой судья Шахтинского судебного района Ростовской области судебного участка № 5 приговорил главу фирмы к 100 часам обязательных работ по ст. 145 УК. Судья подчеркнул, что ст. 261 ТК («Гарантии беременной женщине и лицам с семейными обязанностями при расторжении трудового договора») запрещает расторгать трудовой договор с беременной женщиной по инициативе работодателя. Исключение из этого правила одно: ликвидация организации. Шахтинский городской суд Ростовской области оставил такое решение без изменений (дело № 10-1/2017 (10-41/2016;)).

Тогда Черепанов обратился в Конституционный суд. Он оспорил конституционность ст. 261 ТК и ст. 145 УК. По мнению руководителя фирмы, эти нормы противоречат ч. 3 ст. 17 Конституции («Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц»). Черепанов отметил, что ТК не разрешает работодателю расстаться с беременной сотрудницей, которая не исполняет свои трудовые обязанности, и это позволяет той злоупотреблять своими правами. Однако КС отказался принять к рассмотрению такую жалобу. Судьи КС подчеркнули, что спорные нормы соответствуют положениям Конституции, так как «Россия является социальным государством и особая защита беременных женщин в нем обусловлена гуманистическими началами». Учитывая роль женщины в продолжении рода, государство обязано создавать для нее дополнительные гарантии, в том числе в сфере трудовых отношений, которые ориентированы на охрану материнства, добавил КС (Определение Конституционного суда от 27 февраля 2018 года № 353-О).

Другие составы и защита от «недобросовестных работников»

Теоретически работники могут добиться того, чтобы их работодателей привлекли к ответственности по статьям, которые формально не являются «трудовыми», замечает Гривцов: «Например, ст. 159 УК («Мошенничество») или ст. 160 УК («Растрата»). Но для этого заявление сотрудника должно содержать конкретные сведения о том, что похитил топ-менеджер или какой имущественный вред предприятию причинил. Китсинг объясняет, что жалуются в правоохранительные органы на своих начальников, как правило, бывшие работники этой фирмы, которых некорректно уволили: «Для того, чтобы «восстановить справедливость». Юрист предупреждает, что на практике были случаи, когда при уходе сотрудники копировали всю информацию о финансово-хозяйственной деятельности компании и передавали ее либо конкурентам организации, либо правоохранителям.

Сергей Токарев, бывший следователь, а сейчас партнёр АБ «Торн», считает, что работодателю можно защититься от подобных ситуаций только одним способом – вовремя выплачивать подчиненным все вознаграждения, не рассчитывая на лояльность коллектива. Китсинг добавляет, что увольнять работников нужно корректно и легитимно. По его словам, если не получается расстаться с подчиненными «полюбовно», то стоит использовать инструменты, которые дают режим коммерческой тайны. Тогда сотрудников, которые передали внутреннюю информацию о деятельности фирмы конкурентам или силовикам, можно будет привлечь по ст. 183 УК («Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну»). Наказание по этой статье предусматривает до семи лет лишения свободы.

Коллекторы или рэкетиры? Верховный суд разрешил торговать долгами

Верховный суд разрешил продавать долги заемщиков коллекторам; согласие должников не требуется. Главное – соблюсти законность, уточняют эксперты.

Верховный суд дал добро банкам передавать проблемные обязательства коллекторским организациям. Если задолженности гражданина признаны судом и кредитору выдан исполнительный лист, они могут быть проданы любому третьему лицу, даже если должник не давал согласия на такую продажу.

Очередные изменения в законодательстве прокомментировал для НСН заместитель главного редактора портала Банки.ру Семён Новопрудский.

«Верховный суд не сделал чего-то, чего не было. Это не новая норма, а подтверждение действующей. Причем, там есть очень важное разъяснение – речь идет о долгах, которые, во-первых, уже доказаны судом; во-вторых, проблема в том, что суд подтвердил право банков продавать эти долги коллекторам без согласия заемщиков. То есть заемщик, долг которого признан судом, не давал согласия на передачу, Верховный Суд сказал, что это, тем не менее, не дает заемщику права блокировать такую сделку».

Также эксперт подчеркнул, что есть проблема в общении между должниками и непосредственно коллекторами, которую нужно законодательно урегулировать.

«Депутаты предлагают разные варианты того, как упорядочить действия коллекторов. В частности, юридически закрепить правила общения с людьми, чтобы была определенная форма разговора, чтобы людям не звонили чаще одного раза в день. Если эти правила будут установлены, это будет хоть какая-то форма минимального правового контроля. Понятно, что деятельность коллекторов нужно максимально детально, насколько это возможно, прописать в законе».

Собеседник НСН выразил надежду, что закон «О банкротстве физических лиц», который должен вступить в силу с 1 октября 2015 года, сможет урегулировать болезненный вопрос.

«Может быть, этот механизм как раз окажется даже более действенным, потому что это будет более понятный, прозрачный механизм, по которому человек, который не в состоянии платить долг, сможет так или иначе защитить свои права в суде и действовать в правовом поле»

Напомним, что с июля 2014 года в силу вступили поправки, которые сделали невозможными ночные звонки, отправку текстовых сообщений и визиты домой заемщикам. Нормы относились только к потребительскому кредитованию.

Верховный суд позволил коллекторам больше писать должникам

Определения приняты по спору управления Федеральной службы судебных приставов (ФССП) по Ханты-Мансийскому округу с коллекторскими агентствами «Сентинел кредит менеджмент» и «Активбизнесколлекшн». В апреле 2018 года приставы попытались оштрафовать обе компании на 50 000 рублей за то, что те потревожили заемщиков три и пять раз за день соответственно. Закон «О защите прав и законных интересов физлиц при возврате просроченной задолженности» (230-ФЗ) разрешает беспокоить должника не более двух раз в сутки, четырех раз в неделю и шестнадцати раз в месяц.

Регулятор обжаловал эти решения в Верховном суде. Тот отказался пересматривать дела: по мнению ВС, коллекторы действовали законно. Несколько текстовых сообщений, объединенных общим смыслом и отправленных с перерывом в несколько секунд «по не зависящим от общества причинам» считаются одним сообщением, следует из определений ВС (дела № А75-5864/2017 и № А75-9021/2017).

Представители коллекторского рынка сетуют на ограничения, которые предусмотрены стандартом GSM – не более 70 знаков кириллицей в СМС-сообщении, пишут » Известия «. Между тем оно должно содержать большой объем информации о долге – в частности, сведения о взыскателе и кредиторе, включая их контакты. Юристы опасаются, что трактовка ВС приведет к тому, что коллекторы начнут злоупотреблять этим инструментом, добавляя некие формулировки, воздействующие на психологическое состояние должника.

Нововведения, утвержденные президентом РФ, предусматривают, что работодателей будут наказывать штрафом до 200 000 руб. или обязательными работами до 300 часов за отказ принимать на работу и увольнять людей предпенсионного возраста (см. «За увольнение предпенсионеров ввели уголовную ответственность»). Бизнес к такой новелле отнесся скептически. Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) раскритиковал инициативу властей. Есть же и другие основания для увольнения, подчеркнул президент РСПП Александр Шохин: «В частности, несоответствие квалификации. Если мы 50-летних будем увольнять за это, а 60-летних сохранять, то это дискриминация лиц более молодых возрастов». Да и без нового состава в УК хватает оснований, по которым можно привлечь работодателей к уголовной ответственности.

Самое популярное преступление

Пока основным из них является ст. 145.1 УК РФ («Невыплата заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат»), говорит Андрей Гривцов, старший партнер АБ «ЗКС». Это бывает возможно при двух условиях: когда сотрудникам недоплачивают зарплату дольше трех месяцев (или совсем ничего не перечисляют дольше двух), а сам работодатель в такой ситуации заинтересован и получает от нее выгоду. На практике подобных дел достаточно много, подчеркивает Гривцов: «И в большинстве случаев их расследование ставится на повышенный контроль». Так, летом этого года мировой судья судебного участка № 78 Центрального судебного района Тулы вынес обвинительный приговор по ст. 145.1 УК директору ООО ПКК «Крон-Энерго» Сергею Федотову. Следствие установило, что руководитель фирмы с 1 января по 1 октября 2016 года умышленно не выплачивал своим сотрудникам заработную плату, хотя такая возможность у него была. В итоге общая сумма задолженности составила более 500 000 руб. Суд приговорил предпринимателя к штрафу в размере 250 000 руб.

Гривцов рассказывает, что обычно в таких ситуациях уголовное преследование инициирует сам работник, подавая заявление в Следственный комитет о том, что ему не выплачивают зарплату. Если такое обращение подпишут сразу несколько сотрудников, то с большой долей вероятности проверка по нему пройдет с особым вниманием, подчеркивает эксперт. Кроме того, если проверяющие найдут и другие нарушения на предприятии, то директору компании может грозить реальный срок наказания. Весной прошлого года главу ООО «Кингкоул» Владимира Пожидаева приговорили к пяти годам лишения свободы и штрафу в 350 000 руб. Бизнесмена признали виновным в совершении преступлений не только по ч. 2 ст. 145.1 УК («Невыплата заработной платы»), но и по ч. 2 ст. 201 УК («Злоупотребление полномочиями»). Следователи выяснили, что руководитель фирмы организовал схему, чтобы получить контроль за деньгами ОАО «Замчаловский антрацит» и ОАО «Угольная компания «Алмазная», которые входят в состав «Кингкоул». Помимо этого, правоохранители установили, что Пожидаев не выплачивал заработную плату 156 сотрудникам на общую сумму более 17 млн руб., хотя у компании эти деньги были.

Тем временем Минюст собирается использовать упрощенный порядок взыскания денег с работодателей, которые задерживают выплату вознаграждений своим сотрудникам. Ведомство предлагает не устанавливать дополнительный срок для добровольного исполнения судебного решения недобросовестным работодателем.

Травмы на производстве и увольнение беременных

Еще один состав, который нередко инкриминируют работодателям, – «Нарушение требований охраны труда» (ст. 143 УК). В таких случаях, как правило, речь идет о тяжких и смертельных травмах на производстве, когда там не соблюдают правила охраны труда, поясняет Гривцов. В феврале этого года Омский районный суд вынес обвинительный приговор начальнику цеха АО «Птицефабрика «Сибирская» Михаилу Оносову. По версии следствия, осужденный поручил заменить задвижку водонапорного коллектора в машинном отделении канализационно-насосной станции пятерым рабочим. При этом Оносов не проинструктировал подчиненных, не выдал им переносной газоанализатор для определения уровня загазованности в помещении и спецсредства защиты дыхания для каждого. Когда сотрудники стали снимать задвижку, то произошел взрыв, из-за которого разрушилась насосная станция. В результате аварии двое работников погибли от травм и ожогов, а ещё трое пострадали. Их начальника в итоге приговорили к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком на два года и взыскали в пользу родственников потерпевших компенсацию морального вреда на сумму 1,15 млн руб.

Уголовное наказание предусмотрено и за «Необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет» (ст. 145 УК). Правда, некоторые работодатели уверены, что такая норма противоречит Конституции. Гендиректор «Ростовской юридической компании» Сергей Черепанов* уволил беременную сотрудницу за два прогула. За это мировой судья Шахтинского судебного района Ростовской области судебного участка № 5 приговорил главу фирмы к 100 часам обязательных работ по ст. 145 УК. Судья подчеркнул, что ст. 261 ТК («Гарантии беременной женщине и лицам с семейными обязанностями при расторжении трудового договора») запрещает расторгать трудовой договор с беременной женщиной по инициативе работодателя. Исключение из этого правила одно: ликвидация организации. Шахтинский городской суд Ростовской области оставил такое решение без изменений (дело № 10-1/2017 (10-41/2016;)).

Тогда Черепанов обратился в Конституционный суд. Он оспорил конституционность ст. 261 ТК и ст. 145 УК. По мнению руководителя фирмы, эти нормы противоречат ч. 3 ст. 17 Конституции («Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц»). Черепанов отметил, что ТК не разрешает работодателю расстаться с беременной сотрудницей, которая не исполняет свои трудовые обязанности, и это позволяет той злоупотреблять своими правами. Однако КС отказался принять к рассмотрению такую жалобу. Судьи КС подчеркнули, что спорные нормы соответствуют положениям Конституции, так как «Россия является социальным государством и особая защита беременных женщин в нем обусловлена гуманистическими началами». Учитывая роль женщины в продолжении рода, государство обязано создавать для нее дополнительные гарантии, в том числе в сфере трудовых отношений, которые ориентированы на охрану материнства, добавил КС (Определение Конституционного суда от 27 февраля 2018 года № 353-О).

Другие составы и защита от «недобросовестных работников»

Теоретически работники могут добиться того, чтобы их работодателей привлекли к ответственности по статьям, которые формально не являются «трудовыми», замечает Гривцов: «Например, ст. 159 УК («Мошенничество») или ст. 160 УК («Растрата»). Но для этого заявление сотрудника должно содержать конкретные сведения о том, что похитил топ-менеджер или какой имущественный вред предприятию причинил. Китсинг объясняет, что жалуются в правоохранительные органы на своих начальников, как правило, бывшие работники этой фирмы, которых некорректно уволили: «Для того, чтобы «восстановить справедливость». Юрист предупреждает, что на практике были случаи, когда при уходе сотрудники копировали всю информацию о финансово-хозяйственной деятельности компании и передавали ее либо конкурентам организации, либо правоохранителям.

Сергей Токарев, бывший следователь, а сейчас партнёр АБ «Торн», считает, что работодателю можно защититься от подобных ситуаций только одним способом – вовремя выплачивать подчиненным все вознаграждения, не рассчитывая на лояльность коллектива. Китсинг добавляет, что увольнять работников нужно корректно и легитимно. По его словам, если не получается расстаться с подчиненными «полюбовно», то стоит использовать инструменты, которые дают режим коммерческой тайны. Тогда сотрудников, которые передали внутреннюю информацию о деятельности фирмы конкурентам или силовикам, можно будет привлечь по ст. 183 УК («Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну»). Наказание по этой статье предусматривает до семи лет лишения свободы.